«Аттенберг». Реж. Афина Цангари. 2010

Поскольку «Бедные-несчастные» уже вышли в прокат, мы решили обратиться к движению, популяризовавшему тревожную эстетику греческого кинематографа. Рассмотрев работы пяти режиссеров, стоявших у истоков греческой «странной волны», Катерина Камович попробует разобраться в ее причинах и обозначить, как они повлияли на формирование нового «подрывного» жанра.

Греческая «странная волна» берет свое начало в 2008 году, когда страна сталкивается с экономическим кризисом и уличными беспорядками, что навсегда меняет ее глобальный имидж. Вместе со страной меняется и ее кинематограф: из-за финансового краха Греческой кинокомиссии, спонсировавшей производство большинства фильмов, происходит полнейший упадок киноиндустрии. Начинающим режиссерам ничего не остается, кроме как прибегать к изобретательным методам съемок, поскольку, обладая низким бюджетом, они только и могут, что быть «странными». В результате рождается новый жанр, отличающийся абсурдизмом, смешением черной комедии и драмы, отстраненностью героев от окружающего их мира, а зрителя от героя благодаря работе камеры.

Начиная с 1950-х, «новые волны» стали обычным явлением в кинематографе, затронув не только такие страны Европы, как Франция, Германия, Великобритания, Польша и Румыния, но и страны Скандинавии, США и Латинскую Америку. Когда настал черед Греции, о формировании «новой волны», как и в других предшествующих этому случаях, объявили не сами режиссеры (некоторые из них и по сей день не согласны с тем, что можно говорить о существовании подобного течения), а кинокритики, отметившие, что общее в работах представителей этого движения состоит не только в изначальном отсутствии денег на создание кинокартин, но и в изучении через призму кино того тревожного состояния, в котором пребывали все жители их страны, пострадавшей от социальных волнений и экономической катастрофы, затронувших все сферы жизни.

Результатом их работы становятся фильмы уникальные, отличающиеся от всех других стилем кинопроизводства. Ощущение отстраненности передается благодаря отсутствию большого количества крупных планов. Точка съемки также создает у зрителя впечатление, что он подглядывает в окно. Для такого эффекта камера обычно располагается на высоте человеческого роста. Каждый фильм обладает своей уникальной цветовой палитрой, что рождает новый смысл. Отличается от привычной нам и игра актеров: их герои зачастую говорят монотонно, их эмоции и мотивы сложны, а сексуальность кажется «холодной». Ограниченный бюджет позволяет внедрение и технических инноваций: подвластны тому становятся музыка, используемая без оригинальной партитуры, отличающаяся жанрово либо вообще не интегрированная в фильмы, а также костюмы и декорации.

Время идет, но социально-экономическая реальность Греции на сегодняшний день все еще остается нестабильной, некоторые из режиссеров, определивших греческую «странную волну», уехали, и продюсерами их фильмов теперь выступают крупные кинокомпании. Однако главными тематиками их картин остаются политические и культурные проблемы, социальная критика и поиск ответов на вопросы, вызванные несогласием с положением страны, что делает их работы уникальными и непохожими на какой-либо другой национальный кинематограф. Мы предлагаем глубже окунуться в истоки греческой «странной волны», рассмотрев пять режиссеров, начавших и определивших это движение.

1. Йоргос Лантимос

Наверное, самым нашумевшим режиссером-представителем греческой «странной волны» можно назвать Йоргоса Лантимоса, чей фильм «Бедные-несчастные», вышедший в 2023 году, стал одной из самый ярких картин последних лет. Завоевать международное признание режиссер смог с выходом в прокат фильма «Клык» в 2009 году. Последующие его работы, такие как «Лобстер» (2015), «Убийство священного оленя» (2017) и «Фаворитка» (2018), были также высоко оценены критиками и публикой. Тематически его произведения всегда связаны с изучением романтических или семейных отношений, которые обычно предстают чем-то вроде зазеркалья, изнанки реальности. Например, в фильме «Клык» изолированность семьи от остального мира воплощает ксенофобские настроения Греции во времена острого миграционного кризиса.

Тема побега в его работах нередко начинает играть центральную роль. Физический побег, причиной которого становится кризис идентичности, испытываемый героями в заточении в установленных порядках, косвенно указывающих на иерархию греческого общества, планируется и совершается, а учитывая исключительный кинематографический подход, проявляется еще и в отходе от установленных эстетических форм киноязыка, что призывает зрителя к самоанализу, задавая вопрос о том, что он чувствует и насколько его чувства уместны.

Обращаясь к стилистическому измерению его фильмов, стоит отметить, что цвет также становится элементом повествования: мрачная цветовая палитра вызывает ощущение неудобства, соответствующего неловкости и странности не только действий героев, но и их физического развития. Жизненной энергии повествованию придают редкие вспышки ярких красок в кадре, акцентирующие моменты насилия и несоответствия затруднительного положения персонажей их невозмутимой реакции. В дополнение к цветовой ограниченности замкнуто еще и пространство, что подчеркивает ощущение одиночества и пустоты.

2. Афина Цангари

В начале своего творческого пути, еще не имея достаточно средств, Афина Цангари и Йоргос Лантимос помогали друг другу продюсировать фильмы. Изначально у Цангари больше опыта в независимом кинематографе, чем у ее коллеги по цеху: она училась у Ричарда Линклейтера, сыграв эпизодическую роль в его культовом фильме «Бездельник» (1990), проходила курсы в Нью-Йорке, потом в Остине, руководила там фестивалем короткометражных фильмов. Среди ее наиболее заметных работ можно выделить фильм «Капсула» (2012), «Шевалье» (2015) и «Аттенберг» (2010), рассказывающий о 23-летней девушке, отвергающей саму идею контакта с людьми (а также повествующий о «том, что, вероятно, является худшим поцелуем в истории кино», по мнению The Guardian).

В своих работах Афина Цангари, как и большинство представителей движения, фокусируется на исследовании динамики властных отношений и их влияния на формирование групповой или индивидуальной идентичности. Однако непосредственно в процессе работы, как режиссер сама утверждает, она обращается чаще к «биологическому, а не к психологическому», что особенно заметно в актерской игре. Взгляды режиссера на греческую «странную волну» отличаются от общего мнения критиков: «Единственное, что действительно объединяет новое поколение Греции, — это забота о семье» [1]. Как и у Лантимоса, на этом уровне в ее работах проступает скептическая оценка действия предков, по ее мнению, виноватых в политическом и экономическом упадке страны.

На визуальном уровне ее работы отличаются многообразием текстур и эпизодов, пестрящих каждый своим собственным стилем и связанных между собой только повествовательно. Многие из них забавны и сюрреалистичны, как «Аттенберг» и «Капсула», а другие изображают эксперименты на людях, как это показано в «Шевалье», который, несмотря на свою похожесть на реалистичную камерную пьесу, представляет собой притчу о конкуренции в современном обществе. Однако самым парадоксальным становится то, что, несмотря на исследование человеческой природы, вдохновение автор черпает в документальных фильмах про животных, оправдывая это тем, что каждый из нас в своем роде хищник.

3. Панос Коутрас

Наверное, если оценивать режиссеров греческой «странной волны» по шкале странностей, то Панос Коутрас со своими фильмами «Стрела» (2009) и «Додо» (2022) окажется на третьем месте после Лантимоса и Цангари. Панос Коутрас — это кто-то вроде короля аутсайдеров греческого кинематографа. Хоть он и стал снимать задолго до греческой «странной волны», его оригинальный кинематограф всегда отличался исключителньо абсурдистским стилем, дающим право голоса героям, которые редко становятся протагонистами привычных зрителям сюжетов: это и люди небинарных гендерных идентичностей, и иммигранты, и просто неудачники. Ощущение себя «чужим» в обществе является очень личным режиссеру и прослеживается во всех его работах.

Своими фильмами Панос Коутрас смеется в лицо серьезному искусству. Так фильм «Атака гигантской мусаки» (1999) в его видении был политическим, хотя после его выхода люди думали, что режиссер сошел с ума из-за того, что снял фильм о порции мусаки, атакующей Афины. Вызов, который бросают его работы, заключается не только в противостоянии серьезному искусству, но и к восприятию мира через призму праведности и моралистичности. Это становится очень актуальным в условиях выходящей из диктатуры Греции, чья киноиндустрия, как и следовало ожидать, не поддержала фильм, впоследствии ставший культовым.

Удивительно, но, несмотря на достаточно сильные стилевые различия, все же с другими режиссерами его поколения Коутраса объединяет то, что он ставит семью в центр повествования в первую очередь как социальную ячейку, откуда вытекают все проблемы, ведь самые серьезные скандалы происходят именно в рамках семьи. Так случается и в фильме «Додо», где птица прилетает в человеческий мир, где у каждого есть свои скелеты в шкафу, которые давно просятся наружу.

4. Аргирис Пападимитропулос

Дебютный полнометражный фильм Аргириса Пападимитропулоса «Ограбление банка», вышедший на большие экраны в 2008 году, в момент стал хитом и привлек международное внимание критиков, которые отозвались о нем восторженно. В 2011 году его фильм «Утраченная молодость», в котором автор дает свой взгляд на уличные протесты 2008 года, открыл 40-й Роттердамский международный кинофестиваль, после чего был показан более чем на 40 фестивалях по всему миру.

У режиссера такой же подход к своей работе, как и у остальных представителей движения, — отсутствие финансирования его работ выступает в качестве преимущества, позволяя творить чудеса за счет скудных средств, что ставит реализацию идеи выше обстоятельств вроде бюджета. Активизация творческого потенциала благодаря инновационным подходам к своей работе (с целью выделиться мастерством) привела к тому, что в период расцвета греческой «странной волны» многие его фильмы достигли своего пика популярности за рубежом.

Последний полнометражный фильм Аргириса Пападимитропулоса «Понедельник» (2020), премьера которого состоялась на TIFF (Кинофестиваль в Торонто), стал его первым фильмом на английском языке. Позже он был выпущен IFC в США и распространен по всему миру компанией Paramount. А его предыдущий полнометражный фильм «Загар» (2016), тревожный и вызывающий ощущение дискомфорта в стиле фильмов нового греческого кино, был представлен на нескольких международных фестивалях.

5. Силлас Цумеркас

Силлас Цумеркас начал свой путь в кино с киноклуба, расположенного на острове Нисирос, где режиссер провел детство. Именно этот киноклуб, по словам режиссера, стал для него «начальной школой кино». Чуть позже он отправился профессионально изучать режиссуру в Афины.⁣⁣ Его первый короткий метр «Пожирающие глаза» (2000), из-за которого его выгнали из киношколы, получил приз жюри на Международном кинофестивале в Карловых Варах.⁣⁣ А художественный фильм «Родина» (2010), ставший одним из главных и определяющих греческую «странную волну», завоевал 5 наград Греческой киноакадемии за лучшую режиссуру первого фильма, лучшую актрису второго плана для Иоанны Циригули, оригинальную музыку, монтаж и грим.⁣⁣ Фильм «Взрыв» (2014), признанный международной прессой за интуитивную съемку, смелое содержание и форму, был показан на более чем 70 фестивалях.

«Вызов — это главное, что позволяет греческой киноиндустрии выжить» [2], — так говорит Силлас Цумеркас, тем самым подтверждая слова своих коллег о том, что начинающие кинематографисты должны оставаться нонконформистами, прилагая усилия к выработке собственного языка повествования. Его индивидуальный киноязык заключается в обилии длинных кадров, акцентировании внимания на вопросах сексуальности, стремления к свободе и высмеивания дешевизны новых трендов. В работах Цумеркаса редко находит отражение поддержка моральной или эмоциональной определенности, согласия с «политкорректным» взглядом на мир, что, собственно, вписывается в рамки движения «новой волны». Вооружение зрителей экзистенциальными вопросами и двусмысленностью — главная задача его работ.

Греческая «странная волна» и по сей день продолжает оставаться живым и актуальным явлением в современном кинематографе. Безусловно, ее влияние на кинематограф будет ощущаться еще много лет, особенно учитывая рост ее международной популярности в последние годы. Именно поэтому сейчас как нельзя актуально смотреть и анализировать работы режиссеров-представителей этого движения, чьи картины уже стали наследием для будущих поколений кинематографистов всего мира.

[1] Steve Rose. Attenberg, Dogtooth and the weird wave of Greek cinema // www.theguardian.com/film/2011/aug/27/attenberg-dogtooth-greece-cinema.
[2] Leo Barraclough. Greek Director Syllas Tzoumerkas on the Need for Defiance //https://variety.com/2019/film/global/syllas-tzoumerkas-defiance-karlovy-vary-film-festival-1 203 266 872/.