«Я сейчас буду устанавливать все игры!», — написал Андрей Серов сразу после просмотра фильма Гэнки Кавамуры «Выход 8». Но до того, как приобрести новую видеокарту, Андрей расскажет, чем пугают тесные подземные коридоры японского метро, кого там можно встретить и как картина Кавамуры наследует традициям j-хорроров.
Звучит «Болеро» Мориса Равеля для оркестра, за открывающим титром с названием фильма следует сцена от первого лица персонажа, с которым легко себя ассоциировать. Утренний час пик в метро: теснота, за окнами проносится бесконечная тьма, вокруг одинаковые люди с кислыми физиономиями в черных костюмах занимаются думскролингом или громко скандалят. В голове пульсирует навязчивая мысль — как же хочется поскорее выйти.
В 2023 году независимый японский разработчик игр Kotake Create, вдохновившись «сюрреалистической атмосферой» подземных переходов и лиминальными пространствами по образу «Закулисья», выпустил игру The Exit 8. Трехмерный симулятор ходьбы от первого лица с элементами психологического хоррора и головоломки стал неожиданным хитом. Возможно, на просторах интернета вы встречали, как многие геймеры записывали реакции на свои многочисленные нервные срывы из-за клаустрофобии и постоянных ошибок. Основная механика игры заключается в том, чтобы находить отличия (аномалии) в подземном переходе метро. Если аномалий нет, игрок может продолжать движение по коридору; если аномалия обнаружена, он должен повернуть назад и вернуться тем же путем. Если выполнить это действие восемь раз подряд, игра будет пройдена. В случае ошибки прогресс игрока сбрасывается до «Выхода 0».
Новости о том, что Гэнки Кавамура задумал снять фильм по игре The Exit 8, стали неожиданностью: прохождение хоррора занимает всего полчаса, а спидран и вовсе две минуты. Тем не менее продюсер хитов Макото Синкая и Хирокадзу Корээды, а также автор книги «Если все кошки в мире исчезнут», решил перенести переплетения замкнутых коридоров на экран. Парадоксальный выбор материала только усилил интригу, а премьера в Каннах обещала сделать проект одним из самых обсуждаемых.
Для Кавамуры основной задачей стало удержать внимание зрителя: в оригинальной игре все действие ограничено одной локацией, сводится к движению вперед и поиску отличий. Чтобы избежать однообразия и удивить тех, кто уже знаком с The Exit 8, режиссер добавил в фильм как аномалии из игры, так и новую сюжетную линию. Главный герой (Кадзунари Ниномия) получает звонок от бывшей девушки (Нана Комацу), находящейся в больнице. Она сообщает о своей беременности, и герой, пытающийся разобраться в своих чувствах, стремится выбраться из метро, но оказывается в бесконечном подземном переходе.
Все сцены — от поездки в переполненном вагоне до попадания в своеобразный «лимб» — сняты от первого лица, без монтажных склеек. Этот прием мгновенно погружает зрителя в происходящее, усиливая ощущение тревоги и напрямую перекликаясь с игровой механикой The Exit 8. В «эшеровском коридоре» оператор Кэисукэ Имамура использует длинные планы, которые не позволяют расслабиться и нарастают в унисон с паранойей героя. Ту же задачу выполняет звуковое решение: навязчивая электронная мелодия, напоминающая скрип, раз за разом возникает в стартовой точке коридора. Еще одним приемом Кавамуры стало деление фильма на главы — так он раскрывает истории разных персонажей, оказавшихся в подземной ловушке.
Любопытно, что «Выход 8» неожиданно рифмуется (вряд ли сознательно) с южнокорейским хоррором «Спи» (2023). В обоих фильмах режиссеров прежде всего занимает страх отцовства. Но если Ю Джэ-сон снимал историю, буквально сотканную из его личных переживаний перед рождением ребенка, то Кавамура вместе со сценаристом Кэнтаро Хирасэ скорее сочиняли универсальный сюжет — понятный большинству зрителей и легко встраивающийся в механику компьютерной игры. Возможно, Кавамура вдохновился и работами коллеги Хирокадзу Корээды, известного тихими семейными драмами. Впрочем, сам режиссер в книге «Если все кошки в мире исчезнут» писал: «В конечном счете истина “что хорошо — то хорошо” была единственным, что имело значение».
В отличие от высоких концептов «возвышенных» хорроров, «Выход 8» опирается на традиции j-хоррора. Здесь важны саспенс и присутствие сверхъестественного — элементы, прочно связанные с азиатским мироощущением. Близкие приемы можно заметить и в аниме: в «Истребителе демонов» (2019 — н.в.) или «Человеке-Бензопиле» (2022) демоны тоже искажают пространство, превращая коридоры в ловушки. Важно и то, что герои японских историй обычно не воюют с духами, а принимают их правила и учатся с ними сосуществовать. Есть в фильме и мотив, связанный с медиа. Американский философ Юджин Такер писал, что японские хорроры часто превращают технологии в посредников между живыми и мертвыми. Для героя инструментом становится телефон, по которому герой получает звонки из иного мира. Но и сам переход тоже становится медиатором — замкнутое пространство то расширяется, то сжимается, становясь дверью в другое измерение. Вспомним, что у японского хоррора давно есть традиция превращать привычные квартиры, лифты или лестничные клетки в порталы к чему-то пугающему.
Не забывает Кавамура и про социальную критику. «Каждый день ездить в переполненном вагоне, повторять одно и то же — разве это не ад?» — спрашивает одна из аномалий. В другом эпизоде тревожные заголовки из новостной ленты буквально материализуются в коридоре. Видно, что режиссер не слишком доверяет современным медиа и гаджетам: еще в «Если все кошки в мире исчезнут» он писал отдельную главу про исчезновение телефонов. И все это Кавамура умудрился выстроить на основе почти игрушечной механики независимой видеоигры. «Выход 8» оказался и страшным, и напряженным, и удивительно верным традициям японской хоррор-культуры. А ведь у Kotake Create есть еще одна игра — Platform 8, приквел The Exit 8. Концовка фильма как будто оставляет намек: вдруг Кавамура решит продолжить эту историю?
Какой бы путь в дальнейшем не выбрал Гэнки Кавамура, его полнометражный фильм уже точно вошел в историю, как первая экранизация инди-игры, показанная в рамках Каннского кинофестиваля. Хотелось бы верить, что для японского писателя и продюсера это не последний проект в кресле режиссера, а его остановка будет еще очень не скоро — главное внимательно следовать указателям.
